Главная
RUS  ENG
Поиск:
 
01.02.05 17:02

ЭФФЕКТ БУМЕРАНГА

Проявленный недавно со стороны канадской компании «Буриед Хилл Энерджи» интерес к участию в освоении месторождения «Сердар» в туркменском секторе Каспийского моря вызвал совершенно неадекватную реакцию с западного берега водоема…

Прозвучавшие из Баку официальные заявления и комментарии аналитиков сводились к двум выводам. Первый: «Сердар» - вовсе не туркменское месторождение, а азербайджанское, и зовут его «Кяпаз». Второй вывод, озвученный заместителем министра иностранных дел Халафом Халафовым, заключается в том, что до достижения соглашения с Баку о разграничении на Каспии Ашхабад «не имеет правовых оснований эксплуатировать» это месторождение.

Безапелляционность азербайджанской стороны вызывает сразу целый ряд вопросов. И главный среди них – неужели у бакинских чиновников столь короткая память, что они забыли историю, связанную с началом освоения месторождений «Азери» и «Чираг», а также подписанием контракта по месторождению «Промежуточное» (советское название месторождения, которое соседи теперь называют каждый на свой лад – «Сердар» или «Кяпаз»)?

В таком случае нелишне напомнить, что когда Баку пригласил иностранные компании осваивать «Азери» и «Чираг», разговор о разграничении на Каспии только начинался, и этот процесс, безусловно, активизировался в результате дискуссии между Ашхабадом и Баку по поводу их принадлежности. Специалисты Туркменистана, основываясь на картах времен СССР и существовавшей мировой практике раздела на водоемах, достаточно убедительно доказывали, что «Чираг» (Ашхабад его называет «Османом») частично, а «Азери» («Хазар») полностью - расположены в туркменском секторе Каспия.

Ашхабад многократно дипломатическими способами пытался убедить Баку приостановить, до окончательного определения статуса Каспия, освоение этих месторождений. В ответ Азербайджан ссылался на «исторически сложившуюся практику», имея в виду то обстоятельство, что именно бакинские геологи открыли данные структуры, а также на проведенную им же самим границу в центральной части моря.

Когда с восточного берега задавали не лишенный иронии вопрос о том, почему бы в таком случае Баку не предъявить свои претензии на тюменские месторождения, открытые знаменитым геологом Фарман Салмановым, ответом было молчание.

Явно обеспокоенное дипломатическим нажимом Ашхабада по поводу «Азери» и «Чирага», руководство Азербайджана нашло оригинальный способ отвлечь внимание от этих месторождений, где уже вовсю кипела подготовительная к их эксплуатации работа. Баку в спешном порядке заключил контракт теперь уже на освоение «Кяпаза»-«Сердара», расположенного еще ближе к туркменскому берегу, чем тот же «Азери». Поскольку в данном проекте участвовала российская компания «ЛУКойл», Ашхабад получил возможность напрямую обратиться к Москве и попытаться убедить ее в необоснованности азербайджанских притязаний на «Сердар». Московские эксперты внимательно изучили ситуацию и, осознав юридическую уязвимость контракта, рекомендовали «ЛУКойлу» выйти из проекта. О том, что Россия отказывается от участия в нем, официально заявил в 1996 году президент РФ Борис Ельцин, тем самым похоронив консорциум.

А чуть позже, находясь в Ашхабаде с визитом, уже и сам патриарх азербайджанской политики Гейдар Алиев заявил Сапармурату Ниязову о том, что Баку не имеет претензий на месторождение «Сердар», но в то же время не пойдет на уступки по вопросам принадлежности «Азери» и «Чирага». Любопытно, что при этом Баку игнорировал даже такие очевидные факты, как, например, географическое расположение «Азери», которое на 60 км ближе к восточному берегу, нежели к западному.

С тех пор очень много нефти утекло с этих месторождений в направлении западных стран, однако Ашхабад с завидной настойчивостью вновь и вновь старался привлечь внимание к данной проблеме. Трудно даже сосчитать количество официальных нот, направленных туркменским МИДом и в Баку, и в офисы зарубежных компаний, качающих «черное золото» со спорных месторождений.

Реакция азербайджанского руководства на заявления Туркменистана «о недопустимости разведки и разработки углеводородных месторождений на спорных участках Каспийского шельфа, прежде чем вопросы четкой делимитации морской границы между двумя странами не станут предметом всеобъемлющего международного соглашения», вполне укладывалась в модель поведения известного персонажа из русской басни, который «слушает, да ест».

И только сегодня, когда один из потенциальных партнеров Туркмении лишь выразил намерение поучаствовать в освоении «Сердара», принадлежность которого у Ашхабада никаких сомнений не вызывает, на западном берегу всполошились и вдруг вспомнили о том, что между двумя странами до сих пор нет границы на Каспии. Но ведь ее, этой границы, не было и в момент, когда начинались работы на «Чираге» и «Азери», когда подписывался позднее расторгнутый контракт по «Кяпазу»...

Невольно задумываешься над тем, что образовавшиеся после развала Союза некоторые молодые независимые государства, особенно те, кто наиболее рьяно заявляют о приверженности западным моделям, в своей практике не прочь использовать вошедшие там в моду двойные стандарты. Забывая, что подобный подход чреват эффектом бумеранга.

© TURKMENISTAN.RU, 2018
Версия для печати