Главная
RUS  ENG
Поиск:
 
26.03.02 14:04

В СТРАНЕ ТУРКМЕНБАШИ

КОРРЕСПОНДЕНТ ОБЩЕРОССИЙСКОЙ ГАЗЕТЫ «ВЁРСТЫ» ВЕРНУЛСЯ НА СВОЮ РОДИНУ ПОСЛЕ 5-ЛЕТНЕЙ РАЗЛУКИ

Один московский журналист, когда я вернулся из родного мне Ашхабада, спросил: «Как там туркменский Ким Ир Сен?!»

Туркменбаши (главу всех туркмен), ставшего не только первым, но и пожизненным президентом своей страны, впору вносить в Книгу рекордов Гиннесса: он у власти уже 17 лет.

Туркменистан — единственное в мире государство, чей нейтралитет подтвержден специальной резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН.

Прагматик Ниязов не стал «разменивать» нейтральный статус на какие-то мнимые льготы в туманном будущем. И Туркменистан знай себе пополняет валютный счет — принимает на своей территории только гуманитарные грузы для Афганистана.

Ашхабадский международный аэропорт, куда нас, группу российских журналистов, доставил из Москвы туркменский «Боинг-757», способен принимать воздушные суда всех типов. Это надежные воздушные ворота Азии.

...В Ашхабаде последний раз был я пять лет назад. Здесь — мама и близкие родственники, знакомые, могилы деда, бабушки, отца... Но судьбе было угодно, чтобы в равной степени дорогой была для меня и Москва. Здесь родились оба деда, отец и теперь живу я, гражданин России и Туркменистана. Право на двойное гражданство туркменистанцы получили одними из немногих в бывшем СССР.

...С 60-метровой высоты смотровой площадки арки Нейтралитета перед нами во всем великолепии открывается «звезда Востока». Так теперь все чаще и чаще называют и сами хозяева, и многочисленные гости (президенты, бизнесмены и туристы из разных стран) туркменскую столицу. Поражают и пальмы, и парки и скверы, и каскады фонтанов с разноцветной подсветкой, и жилые многоэтажки. А какие здесь мраморные дворцы! Причем не только президентский или дворец конгрессов «Рухиет», где мы побывали на праздничном концерте в честь Дня Государственного флага.

Да, вместо милого провинциального городка, каким знал Ашхабад, я попал в совершенно другой мир. «Сказки Шехерезады» — да и только. Или то, что мы увидели, — это лишь «позолоченный фасад»?!

СПРАВКА «ВЁРСТ»

...Только разведанные запасы природного газа в Туркменистане — его основного богатства — превышают 23 трлн кубометров — около трети мировых. К 2005 году добычу газа в стране предполагается довести до 100 млрд кубометров, в том числе 75 млрд из них пойдут на внешний рынок. И для этого уже разработан ряд масштабных проектов в разных направлениях. Партнерство в нефтегазовом комплексе стало ключевой темой переговоров Владимира Путина и Сапармурата Ниязова в Москве. Одна только корпорация «ИТЕРА» планирует инвестировать в проекты в течение нескольких лет около 300 млн долларов.

— Какой там Кувейт?! — воскликнул туркмен средних лет в одном из ашхабадских магазинов.

- Мы всегда были терпеливыми. Потерпим еще — и Кувейт обойдем. Вот посмотри: на полках чего только нет! И цены не «кусаются»... Так, белая пышная лепешка стоит 3, килограмм мяса — 20 тысяч манатов (при реальной цене доллара — 21—22 тысячи манатов).

По его словам, зарплаты хоть и невысоки (50—100 долларов), но этих денег на жизнь хватает. К тому же к каждому празднику все работающие граждане (в том числе в частном секторе) здесь получают дополнительную месячную зарплату, студенты — стипендию, пенсионеры — пенсию, многодетные матери — пособие...

Проезд на автобусе или троллейбусе — всего 500 манатов (менее 3 центов). А еще — в отличие от России — неизменно символическими остаются квартплата, в домах и учреждениях страны нет веерного отключения электроэнергии, которой, как и газом, водой, туркменистанцы пользуются с первых лет независимости бесплатно.

Туркменистан, где проживают более 5,5 млн человек, был и остается многонациональной страной. Но после распада Союза и его, увы, коснулись миграционные процессы.

В начале 90-х, помню, были перебои с продуктами первой необходимости. За хлебом многодетные туркменские семьи ездили в Ашхабад даже из отдаленных районов. Теперь Туркменистан, который производит 2 млн тонн зерна, не только полностью обеспечивает свои внутренние потребности, но и намерен его экспортировать. Тогда же, в первые годы независимости, начался отъезд военнослужащих с семьями в страны СНГ. Среди причин «исхода» — и воссоединение разлученных семей, и желание молодежи учиться в вузах России... Вместе с тем наблюдается стабильный естественный прирост коренного населения.

Сегодня русскоязычное население Туркменистана — это более 300 тысяч человек, или 4% (в советские годы — 13) всего населения. Большинство этих людей — русские. Впрочем, «этническую» картину Туркменистана можно представить и так. 4% — это те, кто недостаточно хорошо или совсем не владеет туркменским языком. А 100 или, по крайней мере, 99% — это русскоязычное население (не в традиционном смысле!): ведь и туркмены (более 90%), и вторые по численности узбеки прекрасно говорят по-русски. В школах Туркменистана его продолжают преподавать, поэтому и в ближайшие годы наряду с государственным он останется важнейшим средством общения. По крайней мере, на бытовом уровне.

В официальной же сфере туркменский язык уже занял свое лидирующее положение. Так, передачи Национальной телерадиокомпании — почти полностью на государственном языке. Поэтому многочисленные телевизионные тарелки-антенны на домах Ашхабада «настроены» на Россию. С одной стороны, это тоже косвенно свидетельствует о благосостоянии населения, с другой — о стремлении туркменистанцев оставаться в информационном пространстве России.

Без чудо-антенн же «телеменю» скудноватое. Из российских телекомпаний можно смотреть только ОРТ — и то всего два часа в сутки. А вот передачи радиостанции «Маяк» транслируются в течение всего дня. Российские газеты — их доставляют в страну челноки — продаются свободно, но по коммерческим ценам.

Самый старый памятник Ашхабада, воздвигнутый в начале ХХ века, — Александру Сергеевичу Пушкину. К 200-летию русского гения (юбилею, широко отмечавшемуся в Туркменистане с приглашением представительной делегации из России) этот один из красивейших на постсоветском пространстве памятников поэту был отреставрирован.

Знаковым событием стало торжественное открытие в Ашхабаде русско-туркменской школы имени А.С. Пушкина. Об этом договорились во время переговоров в Москве президенты наших стран.

Необходим Туркменистану и вуз с обучением на русском языке студентов разных национальностей: стране по-прежнему нужны будут педагоги для школ по различным учебным дисциплинам, программисты для работы в интернете, гиды для приема туристов из России... Квалифицированные кадры для этого вуза можно найти на месте.

Свой филиал в Ашхабаде, если президенты Туркменистана и России примут такое решение, мог бы открыть Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова. Кстати, в 1941—1942 годах МГУ в полном составе находился в эвакуации в Ашхабаде. Если бы не это приглашение, известных московских профессоров «растащили» бы поодиночке для укрепления своих ученых советов вузы России, Казахстана, Узбекистана.

СПРАВКА «ВЁРСТ»

6 октября 1948-го — теперь это День поминовения — туркменская столица и близлежащие села были в считанные секунды разрушены землетрясением — самым сильным в бывшем СССР. Погибло более 160 тысяч человек, в том числе в Кипчаке — мать и братья первого президента Туркменистана (отец его пал смертью храбрых в годы Великой Отечественной). Оставшийся в детстве сиротой, Туркменбаши сегодня уделяет особое внимание детям. В 1998 году в одном из самых красивых районов Ашхабада — Берзенги, у подножья Копетдага, где прекрасный климат и целебный воздух, построен главный детский дом Туркменистана — Дворец детей-сирот. Здесь все условия и для занятий, и для досуга. Для воспитанников в возрасте от 3 до 17 лет было запланировано 500 мест. Но со всей страны набрали только 382 детей, оставшихся без попечения обоих родителей.

И старые, и новые заводы и фабрики Туркменистана (нефтепереработка, легкая промышленность, стекольный и ковровые комбинаты...) работают, как хорошие часы. Здесь охотно принимают и русскоязычное население. Продукция вполне конкурентоспособна на мировом рынке. Не отказываются они от более тесного сотрудничества и с Россией.

Увидев, что ашхабадцы по-прежнему красиво одеты, причем, как правило, в одежду, сшитую в стране, решил побывать на новых промышленных комплексах в Ашхабаде и Кипчаке. Они оборудованы самой современной техникой. 85—90% продукции этих двух текстильных и джинсового комплексов экспортируется в США. Причем на джинсах, сшитых по лицензиям ведущих мировых фирм, вполне законно будет красоваться бирка Made in Turkmenistan.

...Посетил родные могилы на двух ашхабадских кладбищах. Поклонившись деду Николаю, похороненному на самом старом из них, вошел под своды Никольского храма. Слава богу, его не только не снесли, но организовали здесь первый в Туркменистане женский монастырь. Потом беседовал с отцом Сергием, оставленным «на хозяйстве» — настоятельница же монастыря поправляет свое здоровье в России.

— Я «туркменский» батюшка из Балканабада, отец — русский, мама — туркменка, — пояснил мне о. Сергий.

Они с матушкой (она русская, у них трое маленьких детей) пригласили меня в трапезную. За обедом расспрашивали о России, а мне сообщили, что сейчас в Туркменистане 12 приходов (в советские годы было четыре). Кроме русских, украинцев, армян, службы посещают и туркмены. Вообще-то, христианские общины возникли здесь задолго до ислама и уж тем более до «русского присутствия».

Мимо кладбища, через снесенные районы ашхабадских трущоб — в народе их называли «Шанхай» и «Хитровка» и, естественно, никогда не показывали гостям — проложена новая автострада, соединяющая аэропорт с центром. Поймал «Жигули». Заплатил 5 тысяч манатов — четверть доллара: за эту сумму можно добраться в любую точку раздвинувшего свои границы Ашхабада.

— Молодец, что навестил родной город! — похвалил меня хозяин машины, пожилой туркмен, когда узнал, что я давно здесь не был.

— Ашхабад совсем не узнать! Нравится эта автострада? Да, у нас сейчас все больше и больше хороших дорог, в том числе и на селе, — и ишак пройдет, и «мерседес» проедет!

— А где же тюрьма рядом с кладбищем: мозолила глаза — снесли и построили в другом месте?

— Зачем — в другом? У нас сейчас амнистия за амнистией. Безработицы нет — и большой преступности нет. Сам же видел: полиция на улицах без автоматов. Не то что у вас! Когда гостил неделю у племянника, меня несколько раз останавливали и документы проверяли. Не по себе как-то, словно во время войны!

В том, что Туркменистан — «оазис стабильности», я и мои коллеги убедились своими глазами. Здесь, к счастью, нет «горячих точек», межнациональной розни, социальной напряженности, разгула преступности, беженцев, бродяг-попрошаек, бездомных детей... Так что за помпезным блеском и великолепием мраморных дворцов можно разглядеть и немалый положительный опыт заботы о простых людях, чему могла бы поучиться и Россия.

...Когда мы улетали, наш самолет задержали на два часа. Ждали борт из Бангкока с 40 российскими туристами, которые транзитом следовали через Туркменистан.

Напрасно транзитом! Солнца, фруктов и экзотики — и здесь хоть отбавляй. Можно великолепно отдохнуть на Каспии. Или отправиться по 18-километровой «тропе здоровья» в Копет-Даге. Есть и курорты. Но в Москве пока только две фирмы, организующие туры в Туркменистан.

А жаль! В отличие от чересчур прагматичных политики или экономики туризм менее связан условностями. Это одна из самых эффективных форм «народной дипломатии», которая, словно волшебный ключ, распахивает двери для диалога наций.

© TURKMENISTAN.RU, 2018
Версия для печати