ПОКА У НЕГО ВСЕ ПОЛУЧАЕТСЯ…

Лет двадцать назад судьба забросила меня на берега Амударьи, в Нефтезаводск - нынешний Сейди. Позвали погостить родственники. Они, намыкавшись без квартиры в Самаре, бросили все и махнули в Туркмению на очередную всесоюзную ударную – Чарджоуский нефтеперерабатывающий завод.
Все было как обычно. Людей с бору по сосенке собирали по всему Союзу, рядом с новеньким поселком посреди барханов срочно возвели две "зоны", откуда по утрам после "шмона" уголовничков на машинах привозили на "трудотерапию". Вокруг - ни одной буровой. "Черное золото", оказывается, должно было поступать аж из Сибири. Ближний свет!
Уже тогда мне бросилось в глаза, что в Туркмении довольно неуютно быть... туркменом. Нет, "национальные кадры" были неплохо представлены в горкомах, обкомах и своей спесью мало чем отличались от других своих "сородичей" по власти. Но после ковровых дорожек номенклатурных зданий, настоящего туркмена нередко можно было встретить уже только в Каракумах. Пасти овец, гнуться на хлопковых плантациях, выкармливать шелкопряд - это пожалуйста. На все остальное туркмен, как негласно считалось, не годился. А потому престижные либо «хлебные» места занимали, как правило, представители вовсе не титульной нации.
Уже потом, когда у меня появились друзья среди туркмен, я понял,в чем дело. Мы смотрели на них со своей колокольни и не понимали, что это просто другой народ. Например, мой добрый знакомый учитель математики в обычной средней школе Овездурды лишь чисто случайно обмолвился, что он еще и кандидат наук. Я обомлел: наш брат сообщил бы об этом с порога!
Скромность, искренность, доверчивость, нежелание "выбивать", слезно просить, лезть на рожон, рисоваться на публике - это туркмен. Непоказное достоинство, уверенность в себе, не переходящая в кичливость, спокойная деловитость, обостренное чувство справедливости - это тоже туркмен.
Когда рушился Союз, меня уже не было в Туркмении, но всегда было интересно следить за тем, как выберется бывшая советская окраина из этого исторического водоворота, который и сегодня как щепки крутит целые страны. И вот недавно на мой компьютер из Интернета пришла неожиданная новость. По итогам 2000 года Туркмения по темпам экономического роста вышла на первое место в мире, оставив позади Южную Корею, Тайвань, Китай и прочих "тигров". 17 с лишним процентов - это не шутка!
Что бросилось в глаза - практически никаких комментариев по этому, казалось бы, сенсационному поводу, на страницах ну очень независимых СМИ. Правда, куда-то вмиг пропали и "аналитики", еще вчера заумно рассуждавшие о неизбежном крахе "диктаторского режима Туркменбаши".
Ларчик открывается просто. Кое-кто из "доброхотов" ждали, что Туркмению засосут ползучие барханы кризиса, что окруженная могущественными соседями, она потеряет ориентацию, собьется с курса и станет легкодоступной для "гуманитарной помощи". Не дождались!
Причину нынешнего взлета Туркмении я вижу в том, что буквально с первого дня обретенной независимости она стала жить своим умом. В это смысле меня поразила перемена в Сапармурате Ниязове. Вчерашний "первый", член горбачевского политбюро он прежде других совершил хадж в Мекку. Не думаю, что бывшему советскому детдомовцу, получившему воспитание по Макаренко, пионеру и комсомольцу, выпускнику питерского вуза легко дался такой шаг. Но это был знаковый поступок. Страна сразу поняла, что наступила иная жизнь и больше не надо лицемерить, закоулками пробираясь с партсобрания на обрезание сына, что отныне никакой "исторический" съезд уже не укажет "столбовой дороги", а потому надо засучивать рукава и строить свою страну заново.
Я помню, как иронично отзывались о супермодерновом аэропорту Ашхабада, выстроенном японцами еще в 1992 году, когда по самой столице нельзя было нормально проехать на легковушке из-за ям и колдобин. Дескать, потемкинская деревня, пыль в глаза. Сегодня здесь базируется целая армада туркменских «Боингов», совершающих рейсы во все концы мира. Вслед за столичным аэропортом наводят лоск все остальные, а Ашхабад архитектурными обновками - отелями, дворцами, парками, проспектами, фонтанами, супермаркетами - заткнул за пояс многие восточные мегаполисы.
Способность заглянуть в завтра, пойти наперекор стеротипам и штампам - вот что характерно для туркменского лидера, не боящегося явно срежиссированных мнений и оценок "прогрессивной общественности". Так, Туркмения, в отличие от других бывших советских республик, не бросилась очертя голову в рынок в надежде на иностранные инвестиции, которые, как выяснилось, надо еще и заслужить хорошим поведением. Затянув ремень, страна на свои кровные отгрохала современные текстильные комбинаты и гонит сегодня в Россию и Европу отличную джинсу из своего хлопка, скоростные автомобильные и железные дороги вдоль и поперек перерезали Каракумы, новые нефтяные платформы на Каспии и Амударье позволили продавать за рубеж, а не завозить, как прежде, бензин и солярку, идет реконструкция каспийского порта, чтобы можно было принять вновь заказанные танкеры и лайнеры, возводится первый в стране металлургический комбинат. И на каждом проекте, на каждом контракте, если он тянет на миллион долларов, обязательно виза и подпись президента. Обманешь, своруешь, схалтуришь - будешь иметь дело с ним.
Парадокс в том, что такой "отход от рынка" как раз не пугает бизнес. Китайцы, иранцы, турки, избалованные благами цивилизации немцы, французы, американцы буквально ломятся в республику, где от "афганца" песок скрипит за зубах, а столбик термометра зашкаливает за 50 градусов в тени. Открывают рестораны, заваливают прилавки ширпотребом, авансом поставляют "Кейсы", а уж от желающих принять участие в "развитии энергетической независимости " республики, читай в прокладке газовой "трубы" в Европу и Пакистан, отбоя нет. Оказывается, не столь важно, что нет пока полной конвертации, а биржа только одна и та государственная. Порядок - вот что ставят предприниматели превыше всего в любой стране. И Ниязов его гарантирует всей мощью государственного аппарата, а если надо и лично.
Кстати, быть чиновником в Туркмении - далеко не сахар. Недавно Сапармурат Ниязов вновь основательно почистил правительство, а заодно и региональную знать. Причем, строго по делу. За неурожаи хлопка, за плохую поддержку чабанов, за неудачные финансовые операции, наконец, просто за аморалку. И все гласно, публично, с трансляцией по ТВ - чтоб весь 5-миллионный народ слышал и видел своих "героев". Например, прокурор республики на всю страну предупрежден, что если не наведет порядок в своем ведомстве, лишится кресла. Ниязов отныне назначает на любой пост в госаппарате с полугодовым испытательным сроком с припиской - если не справится, будет уволен без предоставления другой работы. Это означает навеки вылететь из коридоров власти. Тут подумаешь...
Уже видно, каким точным и выверенным было решение Сапармурата Ниязова добиваться для своей страны нейтрального статуса. Это был шаг на
опережение, застигший многих врасплох. Слепому видно, что Центральная Азия на глазах превращается в новое Ватерлоо между великими державами - всем нужны газ, нефть, хлопок, коммуникации, Каспий. И каждый - будь то Москва, Вашингтон, Стамбул, Тегеран, Дели или Пекин - сулит блага, пугает, тащит в свою сторону, того и гляди, разорвут на части. А нейтралитет - это как сверкающий щит легендарного Гер-Оглы. Он позволяет Туркмении на равных разговаривать со всемогущим «Газпромом», жестко требовать долги с могучей Украины или спокойно поставить на место американцев с их "проектом века" по прокладке трубы по дну Каспия.
Сапармурат Ниязов, в отличие от иных политиков, не стесняется таких слов, как патриотизм, любовь к родине, честь, доброе имя туркмена, верность своему народу, отдать жизнь во имя долга. Его критики пытаются выдать это за примитив, за "рудименты прошлого". Это, конечно, от лукавого. Туркмены, впервые в своей истории обретшие государственность, свои гимн, флаг и герб с ахалтекинским скакуном, должны научиться естественной гордости за свою республику, ответственности за ее судьбу. Ведь еще недавно они жили в другой стране с другой столицей...
Со стороны хорошо видно, как Туркмению пытаются учить уму разуму, как редкий день проходит без желчных выпадов в адрес "авторитарного режима". Не секрет это и для Ниязова, считающего, что самая большая опасность кроется в расколе и раздрае еще неокрепшего общества. Только за минувший год в республику подпольно ввезено более 350 тысяч книг, призванных "просветить"
туркмен о "божественных откровениях" различных сект, перетянуть их из ислама в другую веру, приближая тем самым Варфоломеевскую ночь в Каракумах. Очень настойчиво Туркмении рекомендуют многопартийность, дескать, одной, пусть и демократической партии, мало. Ниязов не уходит от этого кардинального понятия, он убежден, что будут в республике свои клинтоны, троцкие и жириновские, дайте срок. Но их должна вытолкнуть из недр общества сама жизнь. А то вот "насочиняли" в одной соседней стране штук пять партий, а теперь никак не могут разобраться, чем они отличаются - все за демократию, рынок и полностью поддерживают президента. Курам на смех и когда бывшие колхозные председатели насоздавали каждый по мини-КПСС, от которых у избирателя глаза разбегаются.
В Туркмении, если и есть свои олигархи, то "скромные", из дворцов своих носа не высовывают, не чета некоторым. Но нет и нищих, собирающих пустые бутылки по свалкам. Ниязов не допустил, как другие, "наказание свободой", это когда народ, получивший долгожданную независимость, с тоской вспоминает "проклятое прошлое" с бесплатными санаторными путевками, без беженцев, проституции и разгула "братков".
Больше того, как истинный правитель, Ниязов бережет своих людей. Амнистии следуют одна за другой. В последнюю, например, к семьям из-за колючки вернулись около 12 тысяч бывших заключенных. У туркмен, оказывается, никогда не было тюрем, самым большим наказанием служило общественное презрение, а неисправимых ссылали к черту на кулички (сегодня Туркменбаши отправляет туда, как правило, проворовавшихся начальников). По президентскому указу нельзя вломиться в дом с обыском, пока не будет открыто уголовное дело, чтобы не опозорить человека, не бросить тени на его репутацию. А недавно туркмены получили возможность брать ссуды в банках на строительство жилья под минимальный процент. Для молодоженов, скажем, это в сочетании с бесплатными газом, светом и водой - настоящий подарок, хорошее подспорье, чтобы начать свою жизнь.
И "золотой век туркмен" - отнюдь не фантазии, не пропагандистский трюк, хотя звучит по-восточному пышно. Сошлюсь в данном случае на «спеца» из Гарварда, Бориса Румера. Он, как и его коллеги, не сомневаются в процветании Туркменистана. Впрочем, чтобы сделать такой глубокий вывод, они наверняка воспользовались простым калькулятором. Выходит, сегодня газ из Каракумов, а это второй по запасам в мире резервуар после России, идет практически через одну "трубу" по 40 долларов за 1000 кубов при мировой цене в 100 баксов. И что будет, если завтра газопроводов будет несколько, а цена из-за неизбежного дефицита "голубого топлива" еще и подскочит? Будет, как планирует Ниязов, по 10000 "зеленых" годового дохода на каждую туркменскую душу. И пока у него все получается, все идет как надо...