ПАРТНЕРСТВО РАДИ МИРА Политика туркменского лидера как фактор региональной стабильности

... Этих слов от узбекского президента Ислама Каримова явно не ожидали. Едва отзвучали мелодии государственных гимнов на церемонии встречи узбекского лидера в столице Туркменистана Ашхабаде, куда он прибыл с официальным визитом в минувшем сентябре, как Ислам Каримов, подойдя в сопровождении своего туркменского коллеги Сапармурата .Ниязова к журналистам, заявил примерно следующее (цитирую по памяти) : "Если многое из того, за что выступал Туркменистан, долгое время казалось неприемлемым и даже невероятным, то сейчас многие убеждаются в его правоте".


Признание относилось к самой болезненной региональной проблеме для постсоветских центральноазиатских государств - афганскому конфликту. А точнее - отношению к движению "Талибан", официально признанному лишь тремя странами (Саудовской Аравией, ОАЭ и Пакистаном), но от этого не перестающего быть реальной силой и, несмотря на всю специфику установленного им порядка, возможно, единственно способной, простите за каламбур, этот самый порядок и навести в стране, вот уже более десяти лет раздираемой ожесточенной гражданской войной, этнической и конфессиональной междусобицей. А отношение это в Астане, Бишкеке, Душанбе и Ташкенте (в случае последнего до недавнего времени) можно было бы охарактеризовать как стойкое и упорное неприятие. Исключением все это время оставался Туркменистан, Президент которого с самого начала фактического прихода к власти талибов и до сегодняшнего дня придерживается позиции, во-первых, невмешательства во внутриафганские дела со стороны других государств, во-вторых, ровного и равного отношения к противоборствующим афганским группировкам и установления с каждой из них нормальных цивилизованных политических контактов и, наконец, активного использования несилового потенциала ООН для налаживания мирного диалога между движением "Талибан" и Северным альянсом. Такой подход Сапармурата Ниязова довольно долго вызывал непонимание и даже раздражение у соседей: создание "единого фронта" против талибов явно пробуксовывало, воинственная антиталибская риторика и отнюдь не только моральная поддержка портретного правительства Бархануддина Раббани и контролирующего менее 10% территории страны Ахмад Шаха Масуда вызывала у Кандагара (неофициальная столица талибов) адекватную реакцию - недоверие и неприязнь. Как следствие - новые витки боевых действий, новые жертвы и страдания среди мирного населения.


На этом фоне политика Сапармурата Ниязова выгодно отличалась своей взвешенностью, прагматизмом и я бы сказал здоровой толерантностью. Из Ашхабада не просто раздавались призывы к мирным переговорам (ритуальные призывы к миру раздавались и из других центральноазиатских столиц, но афганцы, по крайней мере талибы, им уже не верили), но и реальные предложения, как этой цели добиться. Последовательность Туркменбаши, все годы внутриафганского противостояния терпеливо работавшего и с той, и с другой стороной с целью налаживания прямого диалога между ними, а заодно убеждавшего и соседей, и мировое сообщество в целом в тупиковости военного решения конфликта и бесперспективности загонять талибов в угол различного рода санкциями, эмбарго и т.п., дало таки свои первые, пусть и не полные, но тем не менее обнадеживающие результаты.


В марте прошлого года дело сдвинулось с мертвой точки - высокопоставленные представители движения "Талибан" и Северного альянса впервые сели за стол переговоров в Ашхабаде. Это был прорыв, и многие дальновидные аналитики очень высоко тогда отзывались о посреднической деятельности Сапармурата Ниязова и миротворческом потенциале нейтрального Туркменистана как серьезном факторе региональной стабильности. Стало очевидным, что политике "выкручивания рук" по отношению к Афганистану есть альтернатива, как и то, что единственным в регионе государством, имеющим моральное право на организацию переговорного процесса и пользующимся доверием противоборствующих сторон, является Туркменистан.


Это подтвердила и недавняя (конец сентября - начало октября) поездка спецпредставителя президента Туркменистана в государства региона. Посланник Сапармурата Ниязова провел переговоры и с верховным лидером "Талибан" муллой Омаром, кстати практически не встречающимся с зарубежными эмиссарами, и с Ахмад Шахом Масудом. В период пребывания в Афганистане туркменского спецпосланника в знак уважения к представляемой им стране были приостановлены боевые действия, а талибы даже амнистировали группу военнопленных. А на Востоке, тем более в Афганистане, такие жесты, как говорится, дорогого стоят. Но дело даже не в них, а в том заинтересованном участии, которое проявилось к делу урегулирования афганского конфликта в столицах других стран региона - Исламабаде и Тегеране, где также побывал спецпосланник Ниязова.


Результаты туркменских миротворческих инициатив обнадеживают, наметилась определенная тенденция к смягчению позиций в афганском вопросе Пакистана и Ирана - двух государств, способных реально влиять на положение дел в Афганистане, а значит и во всем регионе.


Президент Сапармурат Ниязов как-то сказал, что нейтралитет его страны, основанный на невмешательстве и уважении выбора каждым народом собственного пути развития, это не скорлупа, которой Туркменистан намерен отгородиться от внешних, не всегда благоприятных факторов. Напротив, это активная позиция, направленная, прежде всего, на достижение истинного добрососедства и региональной стабильности. В отношении Афганистана это проявляется особенно ярко. Проблема этой страны не в том, что есть "плохой" "Талибан" и "хороший" Северный альянс (либо наоборот, кому как нравится), а в том, что там нет мира. И главная задача сегодня - этого мира добиться. Что и делает туркменский лидер, отбросив в сторону политические пристрастия (а его, светского человека, сложно обвинить в симпатиях к исламскому типу правления) и даже экономический расчет. Афганистан - кровоточащая рана всего региона, и ради мира в этой стране, восстановления спокойствия и утверждения ответственного и пользующегося поддержкой всего народа правительства Туркменистан идет на компромиссы, пробивает бреши в казалось бы застывшей стене непонимания и идеологических клише. И хотя она еще достаточно крепка, похоже, все-таки, что такой подход обретает постепенно своих последователей в регионе. А иначе как же отнестись к появившимся на днях сообщениям официальных узбекских источников о том (вспомним сентябрьское заявление в Ашхабаде Ислама Каримова), что официальный Ташкент, всегда отличавшийся жесткостью своего отношения к талибам, "готов признать любое правительство Афганистана, главный критерий - доверяет ли этому правительству весь народ Афганистана". Кто на очереди?